Третья часть, восемнадцатый уровень

Часть третья

Артефакты древней силы

Уровень 18

Изгой


У Сатураса, как обычно, было малолюдно. Он располагался на своем обычном месте – у книжной стойки и внимательно вчитывался в пожелтевшие страницы очередного фолианта из библиотеки. На мое появление он никак не отреагировал, так что мне даже стало немного обидно за себя, любимого. Поэтому я решил тоже сыграть в молчанку и слегка покуражиться.

- Скажи, старче, у тебя ноги не болят – все время стоять?

- У тебя ведь не болит язык – все время болтать! – огрызнулся он.

Вот это да! Первый Маг, который понимает юмор. Видимо у него и в самом деле высшая степень посвящения. Сатурас довольно хмыкнул и осведомился:

- Надеюсь, не на пиво пришел просить? Есть какие-нибудь результаты твоей, хм, деятельности?

- Имеются! – аморфно прогудел я, - вот, нашел Юнитор в Ущелье Троллей. Было трудно, но я старался.

- Молодец! – оживился Сатурас, - давай-ка его сюда! Отлично! Всего за четыре дня у нас появилось целых два Юнитора и Альманах! Остается найти еще три Юнитора – и мы сможем взорвать Барьер.

- Ага! Вот еще один Юнитор. Я добыл его в развалинах старого монастыря, и в этом мне помог Наемник по имени Горн.

Сатурас посмотрел на меня с огромным уважением. Похоже, я начал набирать очки и в этом лагере.

- Это же просто здорово! Так вот почему тебя так долго не было видно. А я, признаться, решил… кгхм! Ладно! Теперь у нас целых три Юнитора! Осталось найти только два! Надеюсь, ты справишься за неделю…

- Должен справиться! Особенно если учесть, что у меня есть и еще один Юнитор. Он был добыт мною в горном форте на юге.

У старого Мага полезли на лоб глаза. Кустистые брови приподнялись, и он стал похож на Брежнева, готовящегося к братскому поцелую с одним из африканских царьков.

- Да ты просто феномен какой-то! – выдохнул он, и я поспешил согласиться:

- В детстве я был вундеркиндом, но затем последовала несчастная любовь и тесно связанное с ней бытовое пьянство. Иначе теперь был бы на полпути в академики. Интерференция света в тонких пленках, слыхал о таком?

- Краем уха! – фыркнул, точно кот, Сатурас, - из тебя получился бы отъявленный… академик. Я не удивлюсь, если в твоем рюкзаке, волшебном, припрятан еще один юнитор.

Разочарование на моем лице было столь явным, что старик ухмыльнулся гладко выбритой физиономией и произнес точь в точь, как один из русских царей:

- Ты удивил меня, Марвин. Позволь и мне удивить тебя.

По-моему, это говаривал император Павел, награждая одного из военных мореходов. Но неважно, кто это говорил, сейчас речь идет не о мореходе, а о вашем покорном слуге. Грудь под доспехами у меня зачесалась в предвкушении ордена, а шея гордо вытянулась. Заметив это, Сатурас еще раз ухмыльнулся и сказал:

- Зайди к Риордиану – у него есть кое-что для тебя. А затем тебя хочет видеть Кронос. У него также есть, что тебе сказать. И отдохни, как следует … возможно, мы еще будем нуждаться в твоих услугах. Спокойной тебе ночи, Марвин.

- В мои годы еще не следует желать спокойных ночей, - взглянул я на него исподлобья, - это слишком большая роскошь.

Он понимающе кивнул и знаком показал, что я свободен. Я гордо выпятил грудь, хотя под моим панцирем с выдающейся грудной пластиной это было не совсем заметно, и отправился к Риордиану. Алхимик встретил меня как старого знакомого:

- Здорово, Герой! – кашлянул он, - еще ничего себе не надорвал? Не надорвал, говоришь? Это хорошо… значит, реально оцениваешь свои силы. А вот эти эликсиры тебе помогут слегка приподнять планку реальности… понятно, о чем я?

Я припомнил уроки по основам социально-гуманитарных наук и ответил со всевозможным прилежанием:

- Действительность - это объективная реальность во всей ее конкретности, совокупность природных и общественно-исторических явлений; понятие действительности употребляется также в смысле подлинной реальности, в отличие от видимости. А материя – это объективная реальность, данная нам в ощущениях, проецируемая на наши органы чувств, которая бесконечна во времени и безгранична в пространстве и существует вне нас и независимо от наших знаний о ней. Вроде бы так…

- Феноменально! – заорал Риордиан, - я это запишу, молодой человек, не возражаете? Никогда бы не подумал, что можно так кратко и одновременно полно изложить сущность материального мира и здесь же отследить его связи с мыслящим существом!

Я пожал плечами. У меня за плечами тонны ненужной мне в том мире информации, но здесь ее можно порой неплохо преподнести или продать.

- Пожалуйста. А что здесь за эликсиры? Особенно, вон тот, вишневого цвета, меня настораживает…

- Ох! – закатил глаза Риордиан, - это совершенно уникальное зелье. Такое у меня получается один раз в три года. И кому, как не вам его испробовать…

- Благодарю покорно! – вздохнул я.

- Да нет же! Оно совершенно безвредное! То есть, совершенно полезное! Сваренное на основе вытяжки из двух диаметрально противоположных по своему магическому действию субстанций, оно вобрало в себя свойства обоих! Иными словами, выпив его, вы одновременно получаете прирост к силе и аналогичный же прирост к своей ловкости. Понимаете? Ваши мышцы становятся не только крепче, но и быстрее управляются из мозга… понимаете, о чем я?

- Понимаю! Оно увеличивает скорость передачи нервных импульсов, - рассеяно отозвался я, не замечая, как у Риордиана от изумления начинает отваливаться нижняя челюсть.

Вообще, я в Новом Лагере уже набрал столько очков, что пора памятник при жизни ставить. Иначе при жизни в оракулы зачислят. Где это видано, чтобы Маги простого смертного называли на «вы»? Короля разве, да ведь тот вовсе не простой смертный. Риордиан еще раз внимательно глянул на меня и тихо спросил:

- Кто вы, или что вы? И откуда вы свалились на наши головы?

- Честно говоря, я сам до конца не понял, почему очутился здесь. Но, чтобы успокоить вас, скажу следующее: у себя в мире я был обычным человеком. Ничем не выделяющимся…

- Я понял! – торжественным шепотом провозгласил он, - Аданос избрал тебя для великой миссии!

- Никому этого не говорите, - кивнул я, - все последнее время меня не покидает чувство, будто меня используют самым беззастенчивым образом. И не только Аданос. Что там еще хорошего из зелий?

Алхимик шмыгнул носом и с трудом перевел стрелки своих мыслей.

- Да обычный набор. Одно зелье для увеличения магической энергии, а другое – для повышения общего уровня здоровья. Ну, и еще вышеупомянутое… прямо здесь пить будете?

- А то! Закуску резать не надо, так загоню!

Я вытащил пробку из вишневого флакончика и решительно опрокинул его в рот. В прошлый раз я говорил, что это лучше, чем женщина… черт подери, это вообще не имеет аналогов в мировой практике! Как будто мой скелет оплело эластичным бинтом – я ощутил каждый свой мускул, каждое сухожилие. Особенно ярким было впечатление в первые несколько секунд. Затем ощущение невесомости исчезло, осталась лишь легкая бодрость. Как будто и не таскался весь день по Колонии! Остальные эликсиры такого чувства уже не вызвали, но общую картину не испортили.

- И эти забирай тоже! – указал Риордиан на полтора десятка пузырьков, стоявших на алхимическом столике, - здесь как лечебные, так и восстановительные зелья. Рюкзак у тебя безразмерный, так что в тягость не будут.

- Когда это аптечка была в тягость? – удивился я, - спасибо, отче. Пойду я, что ли…

- Ступай себе. Удачи!

Сперва я хотел сразу же перенестись в Болотный Лагерь, но вспомнил, что меня хотел видеть еще и Кронос. Что этому надо? Может, амулетик вместо ордена навесит? Хороший амулет стоит ордена. И хоть за пивом без очереди не пропускают, но порой попадаются весьма полезные экземпляры. Взять уже упоминавшийся при нашей с Диего первой встрече амулет защиты от стрел, что нашел в развалинах Горн. Он с тех пор ходит без стрелкового оружия, полагаясь лишь на свой громадный топор – стрелы его практически не берут. Вот мне бы такой!

Кронос по-прежнему гулял вокруг горы магической руды. Нет, все-таки чугунные ноги у этих Магов! Не удивлюсь, если окажется, что они и спят стоя. А то и на ходу, как акулы. Но этот не спит вроде.

- Приветствую тебя, Маг! – сказал я, когда он намеревался прошмыгнуть мимо меня по своей малой кольцевой дороге. Что за юдово племя! Видит же, что пришел к нему, но топает мимо! Вот где осел!

- Здорово! – отозвался Кронос, останавливаясь.

- Сатурас сказал, что ты хотел меня видеть, - приходилось говорить намеками, ибо вполне возможно, что Маг успел позабыть о своем желании видеть меня.

- Конечно! – расплылся он в улыбке, - ты весьма помог нашему лагерю. И я, как Хранитель руды, хочу в знак благодарности поделиться с тобой малой ее толикой. Держи!

Он протянул мне увесистый мешочек и на мой недоуменный взгляд пояснил, что в нем ровно тысяча кусков руды. Вот это было уже по-царски. Не подачки Кор Галома и не грамоты от Гомеза – это было уже серьезно. Один раз в месяц рудокопу в Новом Лагере выдавалось пятьдесят кусков руды, чтобы тот мог расслабиться и посидеть в баре. Значит, мне подарили зарплату рудокопа за двадцать месяцев безупречной работы. Ценят, демоны!

Я вежественно поблагодарил, сделал умное лицо и, сославшись на усталость, ретировался в свою хижину. Руду я, конечно, пересчитывать не стал. Это было бы глупостью и отняло бы несколько часов времени. Что это я оправдываюсь? Хотелось пересчитать, не спорю, но желание подавил в зародыше. Не к лицу воину переживать из-за пустого кошелька. Вот если бы опустело брюхо – то да!

Одним словом, дорогие семиты, не знаю, про что вы здесь говорили, но ехать было надо. Отыскав в «магическом отделении» рюкзака руну переноса в Болотный Лагерь, я прочитал заклинание. Легкий шок и голос Идола Тиона:

- А-а! Это опять ты!

- А кому еще здесь шататься! – огрызнулся я, - что у вас здесь нового?

- Вернулся приблуда-Нирас, - сообщил Тион, - каялся, рассказал, что видел, как Кор Галом со своим отрядом прошли мимо плоскогорья за кладбищем орков и исчезли в ничейных землях. Кор Ангар велел ему идти собирать болотник вместо сожранного Балора. Это правда, что Балора сожрал болотожор?

- Своими глазами видел! – поклялся я, - хвать, туловище пополам! Хвать – и нету Балора.

- Пресветлые боги! – вздохнул Гуру, - какая нелепая смерть!

Я распрощался с ним и двинулся в Храм, освещаемый со всех сторон фиолетовым сиянием магических светильников, точно какой-нибудь футболист на стадионе. Несколько теней следовали за мной, перемещаясь в плоскости освещения, затем все они сползли вперед – мне под ноги. Стражи ужасались, видя, как я шлепаю по собственной тени – это здесь считалось недопустимым.

- А шо делать! – вздыхал я, - когда она больше меня жрать хочет.

В пустом зале храма стояла одинокая девичья фигурка и рассматривала изображения на стенах. А может быть, попросту гоняла пауков – изображением эту сеть трещин назвать было трудно. Кое-где трещины сплетались в причудливые узоры и при соответствующем освещении их можно принять за рисунки. Рисунки самой природы. Покойничек Юберион был уверен, что эти изображения созданы если не самим Спящим, то родоначальниками его культа. Ведь и сам Храм был здесь до того, как пришли нынешние жители Болотного Лагеря. Только храмом эту каплицу называть было нельзя: уже при Юберионе бывшие рудокопы славно потрудились во благо своего кумира; камень, выломанный из пещеры, и стал тем базисом, на котором выросло новое поселение, которое впоследствии назвали Болотным Лагерем.

- Не подскажите, как пройти в библиотеку? – внезапно спросил я противным фальцетом.

От неожиданности Натали подпрыгнула и тотчас бросилась мне на шею.

- Фу-ты! – сказала она, запечатлев на моих устах традиционный поцелуй, - так и заикой стать недолго. Ну что, Мой Герой, устал?

- С ног валюсь, - честно признался я, - и голоден, как пещерный крокодил.

- Это еще кто?

- Бред голодного воображения. Но сначала я хочу вымыться – хоть и придется подождать, пока воду нагреют. Но сейчас я согласен и на холодную.

Наталья хмыкнула и два раза шлепнула в ладоши. Из-за перегородки показались два мускулистых угрюмых Послушника, на плечах волокущие чан с горячей водой, привязанный к толстой перекладине. Я молча зааплодировал.

- Ждала?

- Ждала, - подтвердила она, - надеялась. Видит Иннос, не зря.

Я залез в лохань и долго отмокал. А Натали в это время кормила меня с рук рассыпчатым рисом и тушеным мясом. Оказалось, что это до жути эротично, и в конце ужина я почувствовал некоторое неудобство в причинной области. Неудобство это было таково, что на него обратила внимание даже моя подруга. Невзирая на некоторую замутненность воды, отлично было видно, насколько я устал…

- Соскучился? – недоверчиво спросила она, - моему Герою нужно много еды и выносливая женщина. Он просто чудо какое-то!

- Кто он? – ворчливо спросил я.

Подобно многим мужчинам двадцатого и двадцать первого века, я ревную даже к собственному хрену. По моим понятиям, потенция не должна затмевать уникальности моей души, а только подчеркивать ее. Наталья в такие дебри не влезала, поэтому искренне озадачилась.

- Что-то не так, мой Герой?

- Да! Зови меня просто – Марвин. Договорились?

Натали пожала плечами. Мы опять начинали бесконечный спор о героях и их женщинах. Грубо говоря, Натали считала, что у Героя баб может быть сколько угодно. Ведь это – Герой, личность неподвластная никому и ничему. В Болотном Лагере ко мне вообще относились, как к ожившему кавалеру Ордена Славы трех степеней. Отсюда и отношение Натали. Мне же по извечной интеллигентной привычке хотелось чего-то возвышенного, каких-то искренних чувств, купанию голышом под луной. Стоп, какой Луной? Не видал я здесь Луны… может, ее и нет вовсе?

- Наташа, слышишь?

- Что, мой Герой… Марвин! – встрепенулась она.

- А там Луна вообще есть?

- Где это – там?

- Ну, на небе!

Она недоуменно посмотрела на меня.

- А что это?

- Ну… фигня такая, висит на небе. Светится по ночам.

- Типа фонарика?

- Типа звезды. Только размером с… ну, с половину задницы.

Натали задрожала всем телом.

- Как страшно! И откуда она взялась?

Я вполголоса выругался. Вот попробуй объяснить человеку, никогда не видевшему луны, что это такое! У них, наверное, и лунатиков даже нету! Заметив, что я снова чем-то расстроен, Натали всхлипнула. Я еще раз, но уже помягче, выругался и вылез из лохани.

- Подай полотенце, пойдем в кровать. Завтра мне рано поутру отправляться к Сатурасу. Чует мое сердце, что не зря меня там прикармливают – видать других волонтеров попросту нет. Слышишь, Наташа, не хнычь. Вот разрушим Барьер, возьму тебя замуж. Хочешь?

- А что это?

- Станешь моей женой. Будешь мне карапузов рожать и все такое…

- О, мой Герой!

- Марвин!

- Ага! Только вот у Героев жен не бывает!

- Как не бывает? А кто у них бывает?

- Только наложницы. Всегда так было…

Я пожал плечами. Что-то неправильно в этом мире. Хотя почему неправильно? Героями в моем времени были певцы и киноактеры. Информация об их семейном положении всегда считалась «горяченьким», а холостяки были всегда популярнее, нежели примерные семьянины. Потому как любая девушка могла вообразить себя в его законных объятиях. Жениться актерам в одно время было вообще непопулярно.

- Обещаю, что ты станешь первой женой Героя, если тебе так уж нравится меня называть этим словом. А теперь давай спать!

- Спать? – изумилась она, - а как же…

- Приучил к дозе! – хмыкнул я, - давай-давай! Там разберемся, кто кого спать будет!

Утром я вышел из Храма и взглянул на типично лондонский туман. Стражи лениво отмахивались от самых наглых сгустков влаги и вовсю грелись косяками. При виде меня они вытянулись, аки сосновые столбики.

- Собаки еще не пролетали? – деловито поинтересовался я.

Стражи растерянно покачали головами.

- Значит, восьми еще нет. Крепче затягивайтесь, а то так их никогда и не увидите.

Раздался звук бегущего по асфальту страуса. Цокая отросшими ногтями по мрамору, наружу выбрался Кор Ангар в одной набедренной повязке и пожелал мне доброго утра.

- У вас здесь утро до омерзения одинаковое! – скривился я, - а ты куда собрался в таком прикиде?

- Пробегусь перед завтраком. Что-то кровь застоялась…

- Ну-ну! Смотри, встретишь болотожора – на всю жизнь набегаешься.

Кор Ангар рассмеялся.

- Не такой я дурак, чтобы по болоту бегать. Я до Кладбища орков и обратно. Не желаешь компанию составить?

- Спасибо. Я лучше спортивной ходьбой до Нового Лагеря, так для сердца полезнее.

Он пожал плечами и рысцой спустился на площадь перед Храмом. Я вернулся к Натали, слопал на завтрак некое подобие толокняной каши и подкрепился традиционной ветчиной с вкраплениями бекона. После наступила прощальная церемония, во время которой Наталья пылко клялась мне в режиме вечного ожидания. Я даже пробормотал пару глупостей насчет того, чтобы жить долго и помереть в один вечер… сентиментальным становлюсь не в меру. Хани кивнула мне ободряюще, когда я водрузился на возвышении рядом с Идолом Тионом и прочел свиток переноса в Новый Лагерь.

Только что вокруг воняло тиной и большими лягушками, а нынче до меня доносится аромат пронафталиненых шмоток Сатураса, которые он не снимает с момента возведения в высший круг. Вновь он на своем обычном месте – у книжной стойки и за своим обычным занятием.

- Здорово! – поприветствовал его я, - вам кто-нибудь говорил, что сидя в кресле читать гораздо приятнее?

- Я не читаю, а изучаю! – проворчал он, - а стоя – лучше входит. Что-нибудь случилось?

- Ага! Пришел глянуть на взрыв магической горы. Любопытное, должно быть, действо. Никогда не прощу себе, если не увижу.

Верховный Маг Круга Воды фыркнул, точно крокодил, которому в ноздри попала пыльца синего лотоса1. Характерно скривился, как профессор, закуривающий у студента, произнес с расстановкой:

- Не все так просто, юноша! Погодите…

- Чего? Еще что-то нужно найти? Я ведь и так…

- Погоди! – вежливо, но твердо перебил меня Сатурас, - никогда не обрывай мысль старших. Иначе они ее после не вспомнят. Особенно – если это Верховный Маг Круга Воды. Ты хотя бы представляешь, сколько мыслей я обрабатываю за раз?

Он что-то прикинул и замер, сам потрясенный такой многозадачностью. Я проникся уважением и тоже молчал. Так прошло несколько минут. Наконец, старик вышел из состояния «зависа».

- Когда возводили Барьер, то для этого потребовалась вся мощь и усилия двенадцати магов. Следовательно, разрушить его можно также только при участии всех двенадцати. А нас здесь только шесть. Улавливаешь мысль?

- А то! – осклабился я, - шестерых для этого мало. Ведь нужно сообщить юниторам одинаковое количество отрицательной энергии для погашения Барьера. Энергию даст магическая руда, а Маги будут только распределять ее в равной степени. Ты чего, старче?

Сатурас смотрел на меня и качал головой.

- Нет, ну это мне надо! – тихо сказал он, - чтобы заявлялся какой-то сопляк и одним небрежным движением завершал вывод формулы, над которой я бьюсь уже пять лет! Откуда ты это узнал?

Теперь уже я смотрел на него, как на полоумного.

- Это же закон сохранения энергии, дед! У нас любой мальчонка… ну, не любой, но в курсе. Насколько я понимаю, магическая энергия также имеет свои законы появления, распределения и поглощения, а также некоторое подобие магической энтропии…

- Чего? – вспучился он, - ну-ка, объясни, что ты имеешь в виду под этим термином?

- Ну, как же! Ведь Маг не может воспользоваться всей своей маной – часть ее не может превращаться в энергию. Ведь магия – это процесс превращения магической энергии в энергию физическую и энергию полей, верно?

Сатурас сошел со своего места и присел на ступеньки.

- Ты Магом раньше не был? – ошалело спросил он.

- Вот те крест, - поклялся я, - просто ваши магические законы подчиняются тем же правилам, что и остальные законы природы. Такова, если вам угодно, задумка Творца.

- Вот бля! – емко выразил все свои, копошащиеся в мозгу, мысли Сатурас, - люди годами изучают… по крупицам собирают семена Истины, а ты пришел и одним движением… откуда ты вообще взялся на мою голову?

Я не стал заводить старую песню насчет Конотопа, а попросту взял и рассказал ему то же самое, что и несколькими днями раньше – Лестеру. Сатурас поверил мне сразу, только вот в отсутствие магической энергии у нас – на Земле – верить отказался.

- Наверное, вы плохо искали, раз не нашли! – упрямо твердил он.

- Поверь мне, старче! – заверил его я, - если у нас там что-то начинают искать, то в конечном итоге, находят. Даже если этого не бывает в природе. Примеры тому америций, борий, дубний, плутоний и прочие мулы, грейпфруты и следы доисторических гусеничных тракторов. И вообще, атомная энергия гораздо круче магической. Континуум от нее заворачивается – любо-дорого смотреть.

Сатурас лишь махнул рукой и с трудом ухватился за последнюю из некогда промелькнувших мыслей.

- История твоя интересна и поучительна, но давай вернемся к нашим насущным проблемам. Ты ведь принадлежишь к Старому Лагерю… по крайней мере, там считают именно так. И ты вхож к Магам Круга Огня… не отпирайся, вхож. Раз уж ты такой весь из себя крутой, то передай вот это послание Магам Огня. И, как знак моей доброй воли, передай эту руну лично Корристо. Она сможет перенести его прямо из Старого Лагеря к нам в Новый Лагерь. Именно так, чтобы люди Гомеза ничего не заподозрили. Мы, вообще-то, стараемся для блага всей Колонии, но этим меднолобым трудно что-то объяснить. Они везде видят заговоры и измены. В принципе, наши Наемники ничем не лучше. Если и тут ничего не выйдет, то…

- То что?

- Ничего! Держи вот!

Я спрятал руну в рюкзак, а свиток отдал обратно Сатурасу.

- Лучше мне запомнить на словах. А то эти параноики в случае чего заведут дело и на меня. Ведь бумага с твоей именной печатью – лучшее из доказательств.

Верховный Маг на прощанье благословил меня и пожелал мягкой земли под ногами.

- Ты чего, я же увязну! – ужаснулся я, борясь с желанием пожать ему руку на прощанье.

Путь к Старому Лагерю в этот раз оказался легким и простым. Это меня не насторожило – всю живность я давным-давно повывел, так что теперь в гости к какому-нибудь Шарки мог сходить даже вооруженный рогаткой Мэд. Где-то посредине пути мне захотелось искупаться, поэтому весь путь к Старому Лагерю я проделал по берегу реки. То бишь, ручья Луркеров. Вскоре этот ручей можно будет обозвать по-новому, лишь в одном месте мне довелось разорить гнездо крысокротов, а в другом немного погонять шершней.

Около полудня я увидал башни Замка и слегка наддал, чтобы поспеть к обеду «от Снафа». Странное дело – неподалеку от Северных Ворот, на перекрестке дорог маячила знакомая фигура в мантии Мага. Лицо у Мильтена было такое, что хоть сейчас включай фонограмму, давай в руки микрофон, и он заведет печальную историю про то, как «враги сожгли родную хату».

- Что стряслось, Мильтен? – спросил я, приближаясь.

Невероятное дело! Маг заплакал навзрыд и повис на моем плече.

- Да что стряслось? – похлопал я его по спине, - спокойно, Маша, я – Дубровский!

- Они… они все мертвы! – выдавил он сквозь сотрясающие его рыдания. Обычно надменное лицо его позеленело и выглядело не лучшим образом. Он был полностью убит горем.

- Кто «они», Мильтен?

- Маги! Маги Круга Огня!

- Чего? – отстранился я, - как мертвы? Кто их убил, что случилось? Хорош реветь, на вот, курни этой гадости и расскажи мне толком, что произошло.

При виде косяка из болотной травы Мильтен сперва дернулся, но потом взял его и несколько раз затянулся. Взгляд его сразу стал осмысленным2, он присел на лежащий неподалеку камень и принялся вещать. Оказывается, за те сутки, что я здесь отсутствовал, в размеренной и апатичной жизни Старого Лагеря произошли значительные события. Вчера вечером обрушилась Старая Шахта, а сегодня утром Гомез приказал убить всех Магов Круга Огня. Как и почему, Мильтен не знал. Обо всем этом ему сообщил Диего, который и поставил его здесь, чтобы предупреждать всех тех, кто хочет посетить Старый Лагерь. Сам Диего выполняет точно такое же задание, но у Южных Ворот. Если я хочу подробностей, то мне к нему.

- Не ходи туда! – выдохнул Мильтен, видя, как я направляюсь к Северным Воротам, - они убивают всех, кого вчера вечером не было на месте. Обвиняют в предательстве, а затем убивают. Марвин! Я боюсь!

- Стой тут и ближе не приближайся! – приказал я, - а я пойду в разведку.

- Хорошо! – проблеял Маг.

Обстановка мне не понравилась с самого начала. Ворота были перегорожены, а возле них топталось человек пять-шесть Стражников. Возглавлял их мой старый знакомец – Флетчер. Я тут же припомнил, как в свое время помог ему вернуть долг чести, и сердце мое преисполнилось надежды. Неужели Флетчер мне не поверит? Насколько я знаю, парень он неплохой, рудокопов никогда зазря не обижал, руду за защиту брал, но последнюю рубаху не отбирал. Ведь мне, кровь из носу, нужно попасть внутрь!

Я решительным шагом направился к блок-посту. Черт возьми, я ведь тоже Стражник! Подойдя ближе, я увидел, как на лице Флетчера отображается сложная гамма чувств. Он некоторое время дергался, точно включенный не на то напряжение киборг, а затем уверенно зашагал ко мне.

- Предатель! – произнес он злобно, - в то время, как мы все должны сплотиться в борьбе против внешнего врага, даже в наших рядах находятся подонки! Бладвин был прав – ты водишься с этими подонками из Нового Лагеря.

- Погоди, Флетчер! – опешил я, - ты неправ!

- Заткнись! – прошипел мне в лицо, - ты сделал свой выбор! Умри, предатель!

Этот сукин сын выхватил меч и атаковал меня. Я едва успел ответить на его выпад, но мне удалось двумя ударами отправить его в глубокий нокаут. Тут же на меня бросились остальные Стражники. Причем, один из этих козлов бегал с арбалетом, в надежде поразить меня издали. На нем были точно такие доспехи, как у меня, поэтому пробить его было очень трудно. Остальные, защищенные лишь легкой кожаной броней, были мне не опасны. Страшен мне был лишь прямой удар в голову – но этого я старался не допустить.

Постепенно я разбрасывал своих противников, точно медведь Балу бандерлогов, но подлец с арбалетом был уже в родной стихии. Ведь больше ему не мешали собственные соратники, из общего числа которых на ногах оставался лишь один, и он уже успел двумя болтами проверить крепость моих доспехов. Увидав тщетность своих попыток, Стражник принялся целиться мне в голову. Положение становилось угрожающим, и мне пришлось решиться на хитрость. Схватив последнего своего противника за пояс и за плечо, я поднял его в воздух и швырнул в своего противника. Глухой звук пронизывающего доспехи болта, предсмертный хрип Стражника, проклятие стрелка, чей арбалет валялся на земле, выбитый уже мертвым телом.

Хруст сокрушаемой челюсти, безумный вопль боли. В ярости я схватил этого удальца за ногу и принялся стучать им по воротам. По ту сторону бруса послышались удивленные возгласы. Я удвоил количество ударов. Башка мертвого Стражника уже болталась на сломанной шее, а я все никак не мог угомониться.

- Эй! – донеслось с той стороны, - сломаешь ворота, мы вылезем и убьем тебя!

- Только попадитесь ко мне в руки! – прорычал я.

Отбросив закованного в доспехи подонка, я огляделся и присвистнул. Это было почище, чем Ватерлоо. Шестеро здоровых мужиков валялись по обе стороны дороги, но я был цел и относительно невредим. Ударом меча мне рассекло кожу на голове - в ней стоял какой-то неясный гул, но все остальные ощущения были в норме. Не такие уж запредельные бойцы – эти Стражники. Пособирав их мечи (довольно-таки паршивые, нужно заметить), я изо всех сил пнул лежащего Флетчера носком сапога. Эта свинья притворялась! Надеюсь, я все-таки сломал ему пару ребер!

Неподалеку послышались легкие шаги. Ко мне своей неспешной поступью приближался Мильтен. Он недоуменно осмотрел место битвы и произнес:

- Ну и зверем ты стал! У них против тебя не было ни единого шанса!

- Они напали первыми! – напомнил я.

- Да, это так! Но у них не было шансов!

- Плакать будешь?

- Я Маг, а не Священник! – произнес он надменно, - они получили свое. Надеюсь, ты найдешь Диего.

- Конечно! – ответил я, - ведь у меня тоже имеется задание.

Диего стоял неподалеку от Южных ворот, спрятавшись за громадным валуном, и внимательно посматривал по сторонам. Заслышав мои шаги, вскинул лук, но разглядел и опустил.

- Тьфу! – сплюнул он, - ты в этих своих шмотках похож на Стражника!

- Эй! Я и есть Стражник! Пока.

- Именно, что «пока». Подойди вон к Бладвину – он тебе живо разъяснит!

- Благодарю! – буркнул я, - я уже к Флетчеру подошел! Еле жив остался…

Диего внимательно осмотрел свежие вмятины на моем панцире и деловито хмыкнул.

- А что с Флетчером? Все, понял! Трофеи собрал хоть?

- А что?

- Хотел тебя попросить подарить мне арбалет. Который был у Флетчера… страсть как хочу обучиться стрельбе из него, но все никак не выберу подходящий момент. Представляешь, то времени нет, то арбалет негде взять. Их ведь Призракам не продают…

Я молча протянул ему один из двух трофейных арбалетов и штук двадцать болтов. Диего взял, молча поблагодарил кивком головы, спрятал оружие в похожий рюкзак. Я жестом предложил вернуться к теме недавней беседы, он еще раз кивнул.

- Интересно, почему обрушилась Старая Шахта? – спросил я.

- Темная история. Один из тех, кто выжил, рассказывал следующее: после того, как ты так удачно избавился от ползунов, Ян решил вернуться к разработкам этого заброшенного ствола. И вот в одном месте неудачно ковырнули – пошла течь вода. Видать, источник какой-то подземный зацепили. По указанию Асгхана, пытались завалить отверстие пустой породой, но делали это спустя рукава. Один из рудокопов ковырнул еще один камень – и в шахту хлынула целая подземная река.

Если бы там нашелся кто-нибудь толковый, то скомандовал бы немедленную эвакуацию. А так вода хлынула в главный ствол, залила раскаленную плавильную печь, и струя пара заживо сварила всех тех, кто был на мостках. Затем обрушились подпоры… это был конец. Спаслись только те, кто поднялся вместе с водой и сумел выплыть в наружный проход.

Я, потрясенный, молчал. Не каждый день узнаешь, что косвенно явился причиной гибели сотни человек. Вот почему Флетчер был так разъярен. Шахта работала и без этого, но Кор Галому понадобились яйца ползунов. А дурак Марвин за очередную лычку совершил очередной подвиг. Дурацкий подвиг.

- Но зачем Гомезу было убивать Магов Огня? – наконец спросил я, вспомнив о своих первоначальных целях.

- Это - долгая история, - кротко сказал Диего. Он видел, что творилось со мной и решил пощадить мои нервы.

- Давай, рассказывай. Я сегодня сильный. Мне еще предстоит сообщить Сатурасу плохую весть.

Диего растерянно улыбнулся и развел руками.

- Боюсь, Сатурас уже в курсе. Хотя бы частично…

- Как?

- Узнав, что Старая Шахта обрушилась, Гомез пришел в ярость. Я был в Старом Лагере, когда он, изрыгая проклятия, призвал вооружиться всех желающих и совершить нападение на Свободную Шахту. Ведь теперь он бы был Рудным Бароном без руды… это значило утрату влияния на короля Робара. Ты понимаешь?

Я кивнул. Утрата влияния – это трагедия. Поэтому Гомезу стало жарко в голове, и он решился на такой беспрецедентный поступок.

- А Маги?

- Корристо был едва ли не единственным, кто сумел сохранить ясную голову. Он призывал Гомеза одуматься и в конце-концов, надеясь на свой авторитет, запретил нападать на Свободную Шахту.

- Ясно! Для такого запрещения авторитет Корристо был недостаточно велик!

- Это точно. И Гомез, не моргнув глазом, приказал перебить всех Магов. Их многие недолюбливали, и почти все боялись… так что не прошло и десяти минут, как все они были убиты. А пока мы с тобой здесь беседуем, сводный отряд человек в тридцать-тридцать пять Стражников и Призраков отправляется на захват Свободной Шахты. Им известна какая-то тайная тропка в горах, через которую можно пройти незамеченными. Командует ими твой старый приятель Шакал. Что касается меня, то я благоразумно решил смыться, пока никто не вспомнил о моей дружбе с Горном и Лестером.

- В гробу я видал таких приятелей! Мне нужно срочно предупредить Ли!

- Конечно! Только…

- Только что?

- Когда у тебя будет свободная минутка, сообщи Лестеру и Горну, что мы с Мильтеном будем ждать их на нашем тайном месте. Хорошо?

- Обязательно сообщу! – пообещал я и припустил по направлению к Новому Лагерю.

По дороге со мной случился небольшой казус, который можно объяснить только тем, что я был сильно расстроен последними событиями. Вместо того, чтобы неподалеку от хижины Кавалорна свернуть направо, я свернул налево – то есть, туда, где ни разу до этого не бывал. Узкая тропинка вилась между скал и вывела меня прямо к засаде. Засаду организовала четверка глорхов, невесть с каких пор поселившаяся в этих развалинах. Говорят, что когда-то здесь было поселение орков, но во время последней войны оно было разрушено. Эти места пользовались дурной славой, поэтому редкий смельчак отваживался сунуться сюда. Это я заметил по сравнительно небольшому количеству человеческих скелетов.

Тело мое сражалось бездумно, на автопилоте. Я бился, точно робот: удар, отскок, поворот, удар. И так далее. Здоровья к той поре у меня стало немеряно, поэтому даже четверо глорхов вскоре осознали всю безнадежность ситуации, а одна глупая тварь даже попыталась удрать. Ее я прикончил из арбалета. Убедившись в отсутствии хищников, я глянул по сторонам. В этом месте тропа разделялась надвое: более широкая уходила прямо, а та, что поуже, вела наверх.

Наверху оказалась всего-навсего пещера, в которой я обнаружил еще парочку скелетов и целебное зелье со свитком заклинания. Не разбирая, сунул находку в рюкзак и точно пойнтер помчался дальше – по более широкой тропе. Дальше по дороге были снова развалины и небольшое озеро, где плескался какой-то шалый шныг. Я даже не стал его трогать – на кой черт он мне сдался, а сам очень внимательно стал осматривать нависающую над тропой арку в виде двух накренившихся друг к дружке каменных столбов.

Здесь и правда был когда-то город орков! Как доказательство этого, откуда-то из развалин выскочили два здоровенных орка и, размахивая топорами, помчались в мою сторону. Одного из них мне удалось снять из арбалета, а с другим я управился при помощи своего боевого молота. Уф! Орки прямо посредине земли людей! Что-то невероятное. Любопытства ради я решил проверить, что же эти твари охраняли. Оказалось, всего лишь полуразрушенный храм. По краям площади типично в римском стиле находились две статуи, изображающие орков в полном боевом облачении. Между статуями я обнаружил проход в ритуальную пещеру, где в небольшом углублении располагался резной столб, подпирающий своды.

Оглянувшись по сторонам и не заметив ничего подозрительного, я заглянул внутрь. Там оказалось целых три незапертых сундука с небольшим количеством руды, дерьмовеньким оружием и тем, чему я обрадовался больше всего – целебным снадобьям. Их набралось около десятка. Однако, неплохая вылазка в филиал орочьих земель! Настроение мое слегка повысилось, и я решил воспользоваться моментом, чтобы предстать перед строгим взором Сатураса. Мне нынче уготована роль печального гонца. То есть гонца, что приносит плохие новости. Иннос, смилуйся над грешником!

Свитков переноса в Новый Лагерь у меня больше не было, зато была целая руна с аналогичным эффектом. Поскольку Круга Огня больше не существовало, я был не прочь стать их правопреемником и надеялся, что скряга-Сатурас забудет про руну переноса. Взяв магический камень в руку, я почувствовал, как в моем мозгу сами собой вспыхнули древнеславянские слова. Произнеся их, ощутил обычный эффект от магии телепортации, и буквально через несколько мгновений оказался в Новом Лагере.

- Хорошо, что ты появился! – взволнованно произнес Верховный Маг, - произошли ужасные вещи!

- Дай-ка я попробую угадать! – хмыкнул я, - Свободную Шахту захватили Стражники из Старого Лагеря. Причем, шельмы, так споро, что даже никто не понял, откуда они взялись.

- Откуда ты… ах, ты ведь только что оттуда! Раз уж ты такой всезнайка, то может, объяснишь мне, старому дураку, почему Гомез решился на такой бескомпромиссный шаг? Он как никто другой должен понимать, что это приведет к войне между двумя лагерями!

- Старая Шахта обрушилась, - мягко сказал я.

Сатурас был очень старым, но отнюдь не дураком. В мгновение ока он просчитал варианты и задумчиво произнес:

- Ну, теперь мне все стало ясно. Без руды ему не жить. Ладно, посмотрим, что можно предпринять… еще что-нибудь?

- Все Маги Огня мертвы, - тихо сказал я.

- Как? – вскричал он, - у Гомеза окончательно съехала крыша от болотника?

- Корристо осмелился ему перечить и запретил нападать на Свободную Шахту. Ты ведь знаешь Гомеза…

- Знал, - поправил он, - давно это было. Тогда он был еще не столь безнадежен. Так значит, Корристо погиб как герой?

- Или как дурак…

- Безнадега! – повторил старик и опустился на мозаичный пол, приняв позу лотоса.

На напряженном лице его отображалась чудовищная работа мысли. Пару раз лицо прояснялось, но он отгонял крамольные решения взмахом высохшей ладони. Глядя, как старый человек напряженно думает, я решился ему немного помочь.

- У тебя ведь был какой-то запасной вариант. Отправляя меня к Магам Огня ты сказал: «если и тут не выйдет, то…»

- Да! Черт побери, да! Придется обращаться за помощью к этому дьяволу Ксардасу!

Ваш покорный слуга напряг мысли и попытался вспомнить, где я мог слышать это имя прежде. А то, что слышать мне его доводилось, я не сомневался.

- Постой! Да ведь это же прежний Верховный Маг Круга Огня! – вскричал я, - тот, что…

- Да! – мрачно кивнул Сатурас, - гениальный Маг, бывший личным архимагом еще при Робаре Первом. Большая сволочь и предатель.



1Говорят, что лотос бывает только белый, желтый и черный. Но в отдаленных районах Тиберии встречается и синий – я чувствую это нутром.

2Все-таки, это в некотором роде фантастика.

Hosted by uCoz